Павел Амнуэль

Выбор реальности

Вести-Окна, 30 марта 2006, стр. 34-36. Знание-сила, № 2, 2013.

С некоторых пор я стал замечать, что происходят со мной или вокруг меня странные явления, объяснить которые с привычной, бытовой точки зрения представляется невозможным. Подумав и повспоминав, я пришел в выводу, что явления эти происходили всегда – то чаще, то реже, – но, будучи человеком трезво мыслящим и на разного рода провокации окружающей реальности не падким, я старался не обращать на них внимания, имея на все случаи жизни два стандартных и привычных объяснения: "видимо, я был невнимателен" и "что-то с памятью моей стало". Наверняка нечто похожее происходит с каждым – с кем-то часто, с кем-то реже, с кем-то и вовсе один-два раза в жизни. Во всяком случае, осторожно начав расспросы с ближайшего окружения и расширив их за пределы нашей маленькой исторической родины, я понял, что явления эти так же распространены, как осенний дождь, и все, с кем эти явления происходят, так же, как я, до поры, до времени предпочитают списывать случившееся на плохую память и невнимательность. Разве не исчезала положенная на свое обычное место нужная вам вещица? Разве не обвиняли вы в пропаже всех домашних, не искали во всех углах? Не могли найти и махали рукой – само, дескать, найдется. И находилось – день спустя, неделю или месяц. В том месте, которое вы уже сто раз осматривали, или в другом, где вы тоже смотрели, но, видимо, невнимательно, вот и не увидели… Я начал вести запись подобных происшествий, списочек увеличивался довольно быстро, и сейчас в нем десятки событий, явлений, странностей (называйте, как хотите). О них я и хочу поговорить, а для начала расскажу о трех явлениях из моего списка. Явление первое: "Тайна лампы". Висело в гостиной на стене красивое бра, металлическая изогнутая трубка со стеклянным плафоном причудливой формы. Однажды утром (ничем не отличавшимся от предыдущих или последующих) бра было обнаружено лежащим на диване, над которым оно спокойно висело еще вчера вечером. В стене остались два очень аккуратных глубоких отверстия, бра же, как было, так и осталось накрепко привинчено к дюбелям – впечатление было таким, будто какой-то силач вцепился в конструкцию, потянул изо всех сил и попросту вытянул ее из стены. Ни одной крошки штукатурки я не нашел ни на диване, ни на полу – даже если кто-то (Кто? Как?) влез ночью в квартиру и тихо, чтобы никто не проснулся, с помощью какой-то аппаратуры вытащил бра из стены (вопрос «зачем?» отбрасываю, как некорректный), то должны же были остаться хоть какие-то следы этой непонятной деятельности! Лунатизмом никто в нашей семье не страдает, сил, чтобы голыми руками вытащить бра из стены, ни у кого нет, в потусторонние силы (барабашек, полтергейст и прочую нечисть) никто из нас не верит… Бра вбили на старое место (приложив немало усилий), там оно и висит до сих пор. Второе явление: "Тайна очков". Стандартная ситуация – пропали очки. С кем не бывало? Что тут таинственного? Оставил, видимо, в неположенном месте, а потом забыл – где именно. Все верно – за одним исключением. Очки лежали в футляре. Футляр лежал на полке. Открывался футляр довольно туго – даже упав на пол, он никогда не раскрывался, и очки из него выпасть не могли ни при каких обстоятельствах. Однажды утром, открыв футляр, я очков не обнаружил. Разумеется, были предприняты поиски – методично, расширяющимися кругами, как обычно действуют полицейские сыщики в романах (да и в реальности). На столе? Смотрели. Под столом? Тоже. На диване и под ним. На шкафу, куда никто никогда не лазил. Под шкафом, куда и залезть было невозможно. В гостиной, спальне, кухне, ванной, туалете, кладовке. Перечислять не буду, поверьте на слово (сам я, впрочем, когда мне рассказывали подобные истории, на слово не верил и предполагал, что или автор рассказа где-то все-таки недоглядел, или, извините, все придумал): очков в квартире не оказалось. Их и до сих пор нет – прошло уже десять лет, я давно приобрел новые очки, с которыми, к счастью, ничего экстраординарного не происходило. Третье явление: "Тайна винтика". Были у меня солнечные очки, стандартные, какие на любом рынке можно купить за тридцать шекелей. Пластмасса, ширпотреб. Дужки, как и положено, привинчены к основе двумя винтиками, которые, как всякий знает, имеют обыкновение вывинчиваться в самый неподходящий момент, после чего дужка, естественно, отваливается, а дальше уж ваши заботы – или нести очки в починку, или выбрасывать и покупать новые. Винтик потерялся, когда я был далеко от дома, в столице России Москве, после возвращения в сумке лежали отдельно очки и отдельно – дужка. Ровно ничего странного – пока. На следующее утро сидели мы с женой за кухонным столом и попивали кофе. В какой-то неуловимый момент жена протянула над столом руку ладонью кверху и неожиданно что-то в своей ладони почувствовала. Инстинктивно сжала ладонь в кулак, но тут же ее раскрыла – на ладони лежал маленький винтик. "Откуда?" – спросил я. "Не знаю, – растерянно сказала она. – Вдруг появился. Может, это от твоих очков?" Может, и от моих. Винтики от очков – они все такие одинаковые… Этот, во всяком случае, легко ввинтился, и дужка опять прекрасно держалась. Правда, новый винтик оказался чуть светлее второго – то ли был более новым, то ли сделан из другого, более светлого металла. С потолка винтик упасть не мог, а больше ему взяться было вроде и неоткуда. Очки я носил еще долго, пока не потерял где-то в автобусе – тут уж никакой тайны не было, положил на сиденье, а потом вышел, задумавшись… Четвертое явление: «Тайна ключа». Дверь в ванную комнату заклинило. Обычная дверь, какие были и в СССР во всех домах-хрущевках. И замок в двери самый обычный, с собачкой. Ключ от замка был давно утерян – обычный ключ, каким можно было бы, наверно, открыть любой стандартный замок в любой стандартной двери. Открывалась дверь поворотом ручки, но что-то внутри замка заело, и дверь не открывалась. Пришлось ломать. Один удар плечом – и дело сделано, дверь открылась. Но теперь надо было поменять замок и привести дверь в порядок. Взял отвертку, отвинтил винты, державшие замок в пазу, потянул замок, вытащил из паза и услышал звон – что-то упало на пол. Это был ключ – точно такой, каким можно было бы открыть этот замок. Ключ как ключ. Единственное «но»: в замке ключа, естественно, не было. Оказаться внутри паза, где был замок, и выпасть, когда я замок вытащил, ключ тоже не мог: там для него просто не было места, да и как бы он там вообще оказался? Я попробовал засунуть ключ в паз для замка, и ключ не поместился даже по диагонали! Ну не с потолка же он упал! А откуда? Пятое явление: «Тайна автобусной остановки». Мы с женой имели раньше обыкновение гулять вечером – когда погода была не жаркая. Однажды, во время прогулки, мы зашли в магазин, хозяева которого были нам хорошо знакомы. Это магазин-мастерская, там продают ткани, пуговицы, всякую мелочь для шитья, а хозяйка магазина занимается починкой одежды: меняет, к примеру, испортившуюся «молнию». В тот вечер Таня хотела купить метр резинки, но не в том дело, конечно. Дина (так зовут хозяйку) нашла то, что нам было нужно, а потом сказала: - Вчера вечером вы так быстро мимо прошли, даже нас не заметили! - Вчера? - удивилась Таня. - Когда? Где? - Мы сидели на автобусной остановке напротив "Позита" (это название магазина, расположенного по соседству), а вы прошли мимо, было примерно восемь вечера. - Но вчера мы вообще вечером из дома не выходили, - сказала Таня (и я подтвердил: не выходили, и это совершенно точно). - Наверно, вы обознались. - Ну как же! Таня была в белом платье! И Дина обратилась к мужу, а тот подтвердил рассказ жены, дополнив его подробностями. Прошли мы на расстоянии метра, другой такой пары в городе просто нет, ошибиться было невозможно. Автобусная остановка, где они сидели, была освещена, так что и на темноту сослаться было нельзя. Тем не менее, мы точно были дома в прошлый вечер (в среду)! Выходили мы погулять вечером предыдущего дня (во вторник), но Таня была в темном платье, и мы никуда не торопились и не шли быстрым шагом. Что это было? Коллективная галлюцинация? Пересечение миров? Шестое явление: «Тайна рукописи». Это произошло после того, как в мае 2001 года мы с женой вернулись из Праги, где так и не послушали Реквием Моцарта, о чем я рассказал в предыдущем посте. Я начал писать новую повесть, которую назвал (когда она была окончена) «В пучину вод бросая мысль». Написал несколько страниц, «запомнил» файл, но на следующий день в нужной папке этого файла не было. Поиск ничего не дал – в компьютере вообще не было файла с нужным названием (я уже не помню прежнее название файла). Неприятно, но бывает. Пришлось начать заново, и на этот раз я записал файл дважды – под разными названиями. На всякий случай. Случай представился на следующий день. Один из файлов не открылся вообще, другой открылся, но оказался с пометкой «только чтение», и продолжать писать я не мог. Первый файл пришлось уничтожить, а из второго я скопировал текст в новый файл, дал ему уже совсем другое название и продолжал писать. На следующий день этот файл открылся, но к своему недоумению, я обнаружил, что в середине уже написанного текста недостает трех абзацев. Нету – и все. Но я их не стирал! Пришлось эти абзацы восстанавливать по памяти, хотя это было совсем неприятно и главное – совершенно непонятно. Я списал все происходившее на «штучки» Ворда, мало ли, в программировании я чайник и не знаю, в принципе, что может происходить с файлами – может, там какая-то внутренняя бяка? Несколько дней все было нормально, и я продолжал писать, повесть быстро шла к кульминации. Но однажды после работы файл не пожелал записываться. Несколько раз я делал операцию «запомнить», и несколько раз компьютер заявлял мне, что сделать это он не в состоянии, поскольку «нет места на диске». Это была полная чушь – на жестком диске было около пятисот свободных мегабайт! Пришлось опять скопировать текст в новый файл, только тогда удалось его записать на диск. Когда в следующий раз компьютер опять выдал файл с пометкой «только чтение», я уже был морально готов – скопировал текст в новый файл и записал его не в обычном режиме Ворда, а в режиме «только текст». Если в файле были какие-то невидимые мне знаки, мешавшие нормальной работе, то при записи только текста они не должны были оказаться в новом файле. Так и работал в режиме «только текст», будто в каком-то допотопном «Лексиконе». Когда повесть, наконец, была закончена, я записал файл, как положено, в режиме «Ворд» и... на этом все закончилось, потому что компьютер не захотел больше ничего с этим файлом делать: ни вызвать на экран, ни переписать в другое место или на дискету. Ничего! Я даже стереть его не мог, потому что компьютер выдавал текст «операция невозможна, файл используется другой программой». Какой еще другой? Только я работал с этим файлом и только этот файл содержал текст повести, которую я теперь не мог прочитать! Я не мог даже отправить уже готовую повесть в журнал «Искатель», для которого она и была написана – компьютер отказывался производить с файлом какие бы то ни было операции, в том числе отправлять по электронной почте. Скажу в дополнение: со всеми остальными файлами, каких в компьютере были сотни, ничего подобного не происходило: все нормально открывалось, записывалось, закрывалось и отправлялось по мейлу. Недели через две, когда я уже думал, что повесть придется сочинять заново (восемь авторских листов, три месяца работы!), файл однажды утром открылся, как ни в чем не бывало, но только открылся – я мог читать, учить наизусть, но не мог записать под другим именем и вообще ничего с ним сделать не мог. Сейчас я уже не помню, какие именно каверзы преподносила повесть – я не могу сказать, что виноват был какой-то сбойный файл, потому что текст я переносил в разные файлы при разных режимах. Проблема была в самом тексте! Я открыл новый файл и от руки, не пользуясь copy и past, перепечатал весь текст повести. Уж в этом новом файле только текст был прежний! Файл нормально записался, а на следующий день я, не открывая, чтобы опять не впасть в безумие, прежде всего отправил его мейлом в журнал. Только после этого вывел текст на экран и... не смог его записать, когда исправил несколько опечаток. На диске опять как бы не было места. Больше я с этим файлом не делал ничего. Повесть вышла в «Искателе», а в следующем, 2002 году, в моем сборнике «Все разумные» в издательстве АСТ. По мейлу файл (не исправленный, с опечатками) отправлялся нормально, но никаких изменений я в нем сделать больше не мог. Года два я к этому файлу не обращался. Вышел журнал, вышла книга. Года через два я просто ради интереса решил поглядеть – может, сейчас... Да, с файлом можно было сделать все, что угодно: вызвать на экран, дописать, стереть часть текста, запомнить... В общем, он вел себя так, будто не трепал мне нервы на протяжении нескольких месяцев. Наверно, потому, что повесть уже была опубликована, и трепать мне нервы было уже ни к чему? А при чем здесь пражский вечер, когда мы не послушали Моцарта? Может, и ни при чем...

Составлять список необъясненных явлений я начал после того, как в середине девяностых узнал о работе американского физика Хью Эверетта, а затем и саму эту работу прочитал, и множество комментариев, и понял, что эвереттика все глубже проникает в современную физику, и даже нобелевские лауреаты сейчас не отмахиваются от многомировой картины мироздания, а, напротив, привлекают ее для объяснения куда более сложных, чем пропажа и появление винтика, явлений природы.

Если Вселенная постоянно ветвится, если одна причина порождает несколько возможных следствий и все эти следствия осуществляются – каждое на своей ветви мироздания, – то и пророчества, которые мы часто называем неправильными или просто обманом ("дурят народ, ох, дурят!"), могут иметь самое непосредственное отношение к реальности, но только не к нашей, а к другой, ответвившейся в какой-то момент времени. Множество уже ответвившихся миров составляет огромное древо Мультиверсума, каждая ветвь которого развивается (и продолжает ветвиться) по своим законам, причинам и следствиям. Эвереттика, которая располагает сейчас скорее философскими и математическими, нежели физическими обоснованиями, не описала еще закономерностей и, тем более, способов, с помощью которых можно, находясь на одной верви, заглянуть на другую. Может, время от времени это получается у сенситивов или даже у каждого из нас – в многочисленных снах, которым мы не находим аналогов в окружающей реальности. Российский исследователь эвереттики Юрий Александрович Лебедев ввел в физический обиход понятие "склеек" – предположение (подкрепленное и математически в книге Александра Константиновича Гуца "Элементы теории времени") о том, что спонтанно или по каким-то неизвестным нам пока законам некоторые ветви Мультиверсума могут «соприкасаться», и тогда в одной ветви станут происходить события, которые вообще-то должны происходить в другой ветви. В ветви номер один вдруг окажутся предметы из ветви номер два или пятнадцать, а что-то (или кто-то!) из нашего мира попадет на секунду-другую, на час, день или навсегда в мир номер сто девятнадцать или тысяча семьсот сорок семь… Вот и мои тайны теряют ореол таинственности, если представить себе, что живем мы не во Вселенной (Универсуме) с ее привычными физическими законами, а в гораздо более сложном и совершенно еще не изученном Многомирии (Мультиверсуме), состоящем из практически бесконечного числа мирозданий, в одном из которых я еще не успел вставить бра в уже готовое для него место в стене, в другом – никуда мои очки не терялись, и, более того, обнаружилась ниоткуда вторая их пара, а из третьего мира исчез вдруг маленький винтик, и никто, скорее всего, не обратил внимания на пропажу. Сколько всякой мелочи не можем мы обнаружить на своих местах ежедневно и сразу об этом забываем... Правда, есть всему описанному и еще пара объяснений, к которым чаще всего прибегают, когда не могут понять какое-нибудь событие, явление, чей-нибудь странный рассказ или чье-то невразумительное описание. Первое: "Да он все это просто выдумал, ничего этого быть не могло, а если не выдумал, то забыл, куда очки сунул, вот и все. Память подвела". Второе: "Видимо, человек этот немного (или даже много?) не в себе. Мерещится ему всякое, а он игру своего больного воображения принимает за объективную реальность, данную нам в ощущениях. В психиатрических лечебницах таких пруд пруди – шизофреники всякие, психопаты"… Согласен. И с первым объяснением согласен, и со вторым. Память могла подвести – в каких-то конкретных случаях. Но – во всех десятках и сотнях, если не тысячах, что приключились со мной (и с вами, напрягите память – вспомните) за всю относительно долгую жизнь? Людей с психическими отклонениями тоже, к сожалению, достаточно. И мерещится им всякое... Вот только точно ли психиатры знают, что все психические отклонения – в каждом конкретном случае – действительно болезнь мозга, а не та самая склейка нашей ветви Мультиверсума с какой-то другой?

Российский врач-психиатр Юрий Викторович Никонов опубликовал в журнале "Сознание и физическая реальность" несколько статей, в которых рассмотрел возможную (только возможную, конечно, ничего еще не доказано!) связь психических болезней с эвереттикой и Многомирием. Одна из многочисленных психиатрических загадок: появление людей, полностью забывших свое прошлое и собственную личность, но во всех других отношениях – вполне здраво рассуждающих, все понимающих и верно оценивающих происходящее. Чаще всего причина потери памяти определяется достаточно просто: шел человек по улице, на него напали, ударили по голове... Или был человек в нехорошей компании, на него напали, накачали наркотиками... Однако, не всегда диагноз устанавливается так просто, психиатрам известно немало случаев, когда у пациента нет черепно-мозговой травмы и никакому наркотическому или психическому (гипноз?) воздействию он не подвергался. Но себя не помнит. Даже высококвалифицированные врачи порой не могут определить истинную причину потери памяти и ставят диагноз из области психогенных, диссоциативных амнезий. Другая психиатрическая загадка, ставшая распространенной в последние годы (то ли раньше психиатры не обращали на эту проблему достаточного внимания, то ли действительно именно сейчас людей с такими отклонениями стало значительно больше): расстройство множественной личности (РМЛ) или диссоциативное расстройство личностной идентичности. До 1980 года во всем мире было описано всего около 200 случаев РМЛ, а сейчас, как утверждают некоторые психиатры в США и Канаде, этому отклонению подвержены до 10% всех американцев – десятки миллионов человек! Действительно, странная болезнь: в одном человеке существуют две или более личности, причем в каждый момент времени доминирует какая-то одна, ничего не подозревающая о существовании всех остальных. Помните знаменитую "Историю доктора Джекила и мистера Хайда", описанную Робертом Стивенсоном и много раз экранизированную (еще более интересный случай описан Эллери Квином в романе "Игрок на другой стороне")? Джекил и Хайд – случай простейший, на практике встречаются гораздо более сложные расстройства. Психиатрам известны больные РМЛ, в которых мирно уживались 10, 20 и даже 30 личностей – разного возраста, пола, интеллекта и даже, как это ни парадоксально, расы! Американский психиатр Ричард Симон в 1996 году опубликовал книгу "Плохой человек делает то, о чем думает хороший человек", где описал немало любопытных случаев, в том числе из судебной практики. Например, в 1990 году в суде штата Висконсин выступала в качестве потерпевшей 27-летняя женщина по имени Сара К. Слушалось дело об изнасиловании, ответчиком был некий Марк Петерсон. Неожиданно для всех Сара, которая на следствии уверенно опознала насильника, заявила, что впервые его видит и никогда не была с ним знакома. Начали разбираться, и обнаружилось, что в теле Сары К. пребывают, кроме нее самой, еще шесть цельных личностей и 15, как выразились психиатры, личностных фрагментов. По словам потерпевшей, Сара – это имя ее физического тела, и не более того. Когда Петерсон совершал по отношению к ее телу насильственные сексуальные действия, управляла телом не потерпевшая, выступавшая в суде, а некая Дженифер. Сара (будем называть так ее первую, основную личность) узнала о случившемся из рассказов остальных, заключенных в ней, субличностей. По словам Сары, сама она управлять появлением или исчезновением тех или иных личностей не может, все происходит спонтанно. Однако, вызвать ту или иную личность на разговор Сара в состоянии. После того, как психиатры выяснили эти странные обстоятельства, действие опять переместилось в суд. Представитель обвинения попросил Сару вызвать личность Дженифер. "Потерпевшая наклонила голову, – пишет Р.Симон, – закрыла глаза, и через несколько секунд выражение лица и голос ее изменились – появилась веселая и наивная Дженифер, приветливо помахавшая рукой жюри присяжных. Судья привел Дженифер к присяге. Таким же образом вскоре была вызвана личность шестилетней Эмили, затем личность Лесли и другие. Причем, по мере появления, каждая из них приводилась судьей к присяге". Наибольшую известность приобрел случай с неким Вильямом Миллиганом, 26-летним молодым человеком, обвиненным в убийстве, но совершенно не представлявшим, когда, где и, главное, кого и зачем он лишил жизни. Психиатрическое освидетельствование показало, что в теле Миллигана существуют 24 (!) независимые личности (в том числе две женщины и даже трехлетняя девочка по имени Кристина), одна из которых, получив контроль над физическим телом, и совершила преступление, о котором бедняга Миллиган не имел ни малейшего представления. История преступления, болезни и мучительного осознания Миллиганом множества своих личностей была замечательно описана американским писателем Дэниэлом Кизом в романе "Множественные умы Билли Миллигана" – роман этот вышел в 2004 году и в русском переводе. И кстати, если уж заговорили о России: диагноз РМЛ не был еще ни разу диагностирован российскими психиатрами. Нет в России такой болезни! В США есть, в Канаде и некоторых других странах тоже. А в России такой болезни нет, как не было до недавних пор секса. Почему?

Поскольку РМЛ – психическая болезнь (а что же еще, если в одном мозге «живут» больше двадцати независимых сознаний?), то ее, понятно, нужно лечить. Иными словами, поубивать всех, кто влез в мозг без спросу, и оставить кого-то одного вкушать плоды медицинской победы. Вопрос: а чья личность, собственно, первична? И что значит: поубивать? Не говоря уж о том, гуманно ли это: убивать чье-то сознание, личность, суть – как ни называй, это ведь живое создание, мыслящее и, следовательно, существующее! Психиатры исходили из предположения, что болезнь – результат какой-то психической (а может, и физической) травмы, произошедшей, скорее всего, в детском возрасте. Значит, нужно пробудить эти воспоминания, заставить пациента представить, вспомнить «психотравмирующие обстоятельства». Как? Применяли гипноз, амитал-натриевое растормаживание и другие методы, хорошо известные психиатрам. И пациенты действительно вспоминали: да, случилось в детстве то-то и то-то – чаще всего нечто, связанное с сексуальным насилием. Та личность, которая все это вспомнила, и считалась основной, а остальные… С остальными «разбирались» по также известным в психиатрии методикам. Однако в 1993 году Американская психиатрическая ассоциация выступила с предостережением к коллегам: почему, мол, вы, господа врачи, решили, что воспоминания пациента о пережитых в детстве страхах – это истинная, а не ложная память? Потому что под гипнозом? Ну и что? Где доказательства, что память эту пациент не придумал себе сам? Где вообще доказательства того, что чьи бы то ни было воспоминания – в том числе, и наши с вами, уважаемые читатели, – это истинная память, то есть информация о реально происходивших с нами, а не созданных в воображении, событиях? Разумеется, воспоминания можно проверить, сопоставить с памятью очевидцев, с дневниковыми записями, книгами, фотографиями, архитектурой, географией, историей – в общем, провести в каждом случае кропотливую исследовательскую работу, до чего у врачей-психиатров уж точно руки не доходят, да и не должны доходить по сути их профессии. Между тем, "вспомнившие" о детских сексуальных посягательствах люди подавали, бывало, на своих родителей или родственников в суд, доказывали – по большей части безуспешно – свои претензии, в результате чего разрушались семьи, рвались родственные связи... Результатом и стало решение американских психиатров: не существует метода, с помощью которого можно доказать однозначно, что данное конкретное воспоминание о данном конкретном событии является истинным, а не ложным, придуманным, фантастическим. Как отметил в одной из своих статей уже упоминавшийся российский психиатр Юрий Никонов, "всю значимость этого утверждения не только для психиатрии, но и для криминологии, истории еще предстоит осознать тем, кто работает в этих областях". Другой российский врач, доктор психологических наук В.В.Нуркова сформулировала три закономерности, установленные на основании многочисленных экспериментов. Первая закономерность: прошлое всегда неоднозначно. Вторая: то, что мы о себе помним, вовсе не равно тому, что с нами произошло на самом деле. И третья: память о прошлом всегда конструируется, но это конструирование может быть как защитным, неосознаваемым, разрушительным, так и прогрессивным, полезным для данной личности.

При чем здесь, однако, Мультиверсум? И какое отношение к психическому феномену РМЛ имеют мои тайны? Отношение – прямое. Без привлечения физической идеи Многомирия феномен РМЛ, похоже, так и останется трудно объяснимой и до конца не излечимой болезнью. Я не собственное мнение излагаю – не будучи специалистом в психиатрии, просто не имею на это права, – а пересказываю то, что пишет в своих работах Юрий Никонов, и к чему в последние годы склоняются психиатры в США, Канаде и других западных странах. Для объяснения феномена множественной личности Никонов обращается к исследованию российского же ученого Михаила Борисовича Менского "Концепция сознания в контексте квантовой механики". Эта работа была опубликована в прошедшем году в журнале "Успехи физических наук", главным редактором которого является лауреат Нобелевской премии Виталий Лазаревич Гинзбург. Для каждого, кто знает о борьбе академика Гинзбурга с любыми проявлениями лженауки, факт публикации статьи Менского в престижном российском физическом журнале уже может служить гарантией высокой научности и требует самого серьезного к себе отношения. Что ж, отнесемся серьезно. У Менского, как и у многих современных физиков, существование Многомирия, Мультиверсума, частью которого является наша Вселенная, сомнений не вызывает. Ветвей у Мультиверсума неисчислимое множество. Каждый человек, каждая личность существует не только в нашей ветви, но во всех сразу. Каждый человек – много-мирное существо, не индивидуум, а единый мультивидуум (в терминологии Лебедева). "Почему лично я, – задает вопрос Менский, – ощущаю себя именно здесь, а не где-то еще? Почему я живу именно в этой ветви Мультиверсума?" В результате собственного выбора. Наше сознание само выбирает ту реальность, ту ветвь Мультиверсума, в которой предпочитает жить. Более того, сознание человека, по Менскому, может влиять на вероятность появления того или иного события, если эта вероятность не равна нулю. Иными словами, таки да, существует у нас полная свобода выбора. Можно считать, что свобода эта дана человеку Творцом. А можно считать, что это – результат действия законов квантовой физики. В любом случае получается, что, выбрав для своего сознания одну из ветвей Мультиверсума, мы, будучи мультивидуумами, гражданами не мира, но Многомирия, можем получать информацию – помнить, иными словами, – о том, чем являемся мы сами в другой ветви, можем помнить о себе-другом. Мы можем не осознавать этого, но связь с другими ветвями сохраняется (может, не постоянно, может, эта связь спонтанна, то, что Лебедев называет "склейками", возникающими время от времени, как пузыри на поверхности воды от расположенного в глубине гейзера). "Не являются ли манифестации РМЛ и диссоциативных амнезий примером этого эффекта? – спрашивает Никонов, следуя за логикой идей Менского. – Может быть, вера-неверие пациента и психотерапевта в возможность феномена и определяют вероятность его обнаружения? Это и объясняет "обычность" РМЛ в США и его "невероятность" в России, при "допустимости" существования в России диссоциативной амнезии в виде аутоперсонамнезии". Феномен множественной личности получает в рамках идеи о Мультверсуме и мультивидууме совершенно логичное объяснение. Это в большинстве случаев не болезнь мозга, не результат травмы или насилия. Это – сугубо физическое природное явление, результат нашего существования в Многомирии. И когда вместо Сары К. на вопросы судьи начинает отвечать некая Дженифер, то это – не выдуманная, а совершенно реальная личность, другое "я" той же Сары, существующее в иной ветви Мультиверсума, в иной, отличной от нашей, реальности. Но почему у прочих "я" множественной личности другие имена, другой возраст, часто даже другие пол, национальность, раса (в теле американца Миллигана уживались, например, англичанин Артур и югослав Рейджен Вадасковинич)? Да потому, что развилки и выбор пути происходят каждый момент и происходили множество раз в прошлом, в том числе и далеком, когда выбирали не мы, еще не явившиеся на свет, а наши предки, и линии нашего "я" в другой ветви Многомирия могли возникнуть после того, как в одном из вариантов выбора дедушка женился на негритянке (разве вероятность этого равна нулю?), в другом – вы родились не мужчиной, а женщиной (или наоборот). И время в каждой реальности течет по-разному, и склейки возникают не только между разными реальностями, но и разными временами в каждой из этих реальностей. Поэтому среди различных "я" мультивидуума есть дети и старики, мужчины и женщины, люди образованные и без всякого образования – не двадцать или тридцать на самом деле, а миллионы, миллиарды... Собственно, физики пока не могут даже приблизительно оценить число ветвлений в судьбе одного-единственного человека. Споры идут сейчас о том, может ли это число быть бесконечно большим.

Что же получается? Феномен множественной личности – не только не болезнь, напротив, это как раз и есть самое естественное наше состояние, понимание самих себя, какие мы "на самом деле", какие мы в разных ветвях Многомирия, и судьбу свою именно в том физическом облике и в той физической реальности, какую вы сейчас видите за окном, мы выбираем сами. Выбираем сознательно или интуитивно, но всякий раз свободно – каждое мгновение, каждую минуту, каждый час... И потому прошлое наше так же неоднозначно, как будущее. Ведь в памяти хранится не только то, что происходило с нами в этой нашей реальности, но и то, что произошло на другой ветви Многомирия – тоже с нами, конечно, но с другими, сделавшими иной выбор. Эта память латентна, она, вообще говоря, принадлежит другой ветви Мультиверсума, но время от времени возникающие склейки заставляют нас вспомнить то, что, как нам кажется, с нами не происходило. Или, наоборот, мы вспоминаем то, что, как нам точно кажется, произошло именно с нами, но, тем не менее, произойти вроде бы не могло. Эффект déjà vu знаком, думаю, каждому – когда вам кажется, что вы уже здесь были, вы уже это видели, вы это точно помните, хотя и знаете (Откуда? Все из той же памяти, путешествующей по разным мирам?), что с вами это происходить не могло. Эффект déjà vu – похоже, из той же серии проявлений РМЛ, только в гораздо более простой и гораздо чаще встречающейся форме. Похоже на то, что в ближайшем будущем не психиатры будут заниматься проблемами РМЛ или проявлений déjà vu, а физики и философы. И не психику человека они будут исследовать (и, тем более, не станут заниматься ее исправлением), а – с помощью такого тонкого прибора, как человеческая память, – физическую структуру Многомирия.

Что касается выпавшего из стены бра, очков, винтиков и многих других странных жизненных феноменов, на которые мы в суете будней предпочитаем не обращать внимания, списывая все на собственную забывчивость (опять же, на выверты памяти!), то в рамках теории Мультиверсума не возникает трудностей в объяснении этих и подобных им феноменов. И по тому, как часто это с нами происходит, мы можем судить о том, какова реальная частота и физическая природа склеек, почему иногда из одной ветви в другую перемещаются материальные предметы, а иногда – лишь фантомы памяти. Вот, кстати, область физики (совершенно новая, очень плохо изученная), в которой и сейчас, в начале XXI века, каждый может сказать свое слово. Два века назад достаточно было куска проволоки, деревяшки и клея, чтобы сделать важное открытие в физике. В наши дни для того, чтобы открыть что-то новое, физикам приходится строить чрезвычайно дорогие и сложные установки – в нашей Вселенной простые открытия уже сделаны. В других ветвях Многомирия все еще не изведано, непонятно, да и само существование других ветвей пока точно и однозначно не доказано. Открытия поджидают на каждом шагу. Некоторое время назад скептически настроенные ученые заговорили о конце науки: все, мол, уже открыто, и теперь остается только наносить мелкие мазки на уже нарисованную картину природы. В нашей ветви Мультиверсума – возможно. А в других, куда мы лишь искоса и смущенно пытаемся сейчас заглянуть?